Такому страстному игроку, каким был Больцано, имелось над чем поразмыслить. Нет, он не боялся смерти – он просто слишком любил жизнь.

Первым попытает счастья гигант. Больцано, украв компьютер, вручил его Липеску, чтобы двойной интеллект человека и машины бросил вызов стражу сокровищ. Если Липеску одержит победу, то получит большую часть. Если погибнет – все будет принадлежать Больцано. Таким был их договор. Гигант или вернется с сокровищами или навсегда останется на той безымянной планетке. Третьего не дано.

Больцано провел сегодня тяжелую ночь. Его уютная квартира была расположена в одной из южных башен огромного здания, господствующего над сверкающими водами Эрис. Любивший роскошь, он искренне недоумевал, почему отнюдь не нищий Липеску предпочитал жить в грязных трущобах на западной окраине города. В тот вечер Больцано отказался от мысли взять на ночь какую-нибудь женщину, а ночью пожалел об этом. Не в состоянии сомкнуть глаз, он просидел всю ночь перед экраном телевизора, глядя в него невидящим взглядом.

Незадолго до рассвета он вставил в видеомагнитофон кассету с лентой о сокровище. Она была отснята почти век назад Октавом Мервином с высоты шестидесяти миль. Теперь кости Мервина белели на равнине, но контрабандные копии ленты продавались по баснословным ценам на черном рынке.

Сверхчувствительный объектив запечатлел множество интересных подробностей.

Были двери и был страж. Сверкающий, неподвластный времени, великолепный. Трехметровая квадратная фигура его была увенчана блестящим куполом головы. Лица у стража не было. Двери позади робота были соблазнительно распахнуты и недостижимы, как человеческое счастье в этом мире. За ними громоздились груды сокровищ.